Кузнецов Максим Александрович, 17 лет, Псковская область, город Пыталово

By 24.03.2018Письма

Здравствуй, дорогой Друг!
Пишет Тебе Кузнецов Максим, ученик 11 класса ГБОУ «Центр специального образования № 2» г. Пыталово Псковской области.
В наше непростое время- время военных конфликтов и мирового терроризма – служение своей стране становится испытанием, проверкой на силу духа и мужество. Я Тебя совсем не знаю, но восхищаюсь Тобой и теми, кто посвятил себя почетной профессии – быть военнослужащим. В армии нет места слабым и трусливым. И я верю, что рубежи нашей страны охраняют сильные, смелые, мужественные люди!
Мне всегда было интересно узнавать о людях, которые геройски защищали Отчизну в годы войн, те, кто не предали ни страну, ни родных, ни народ. О тех, кто до последнего сражался с врагами, кто трудился в тылу, кто сумел выстоять, несмотря на все тяготы войны.
Прошлой осенью учительница русского и литературы предложила нам поучаствовать в конкурсе «Память о Холокосте – путь к толерантности». Во время подготовки к конкурсу я познакомился с ветеранами Великой Отечественной войны. Все истории меня глубоко потрясли. Сколько же мужества в этих людях! А ведь в те годы они были совсем детьми, подростками.
Сегодня я хотел бы поделиться историей замечательной женщины, сумевшей пережить тяготы войны, – Слободяник Галины Ивановны. Несмотря на солидный возраст -90 лет- Галина Ивановна с радостью откликнулась на мою просьбу рассказать о прожитых лишениях. Несмотря на то, что вспоминать войну ей нелегко: «Война мне по-прежнему снится».
Родилась Галина Ивановна в 1927 года в селе Подгощи, Шимского района Ленинградской области (теперь Новогородской). В начале войны отца послали на строительство города Мончегорска в Мурманской области, где была очень тяжелая работа, и отец скончался в 1942 году. Посмертно он был реабилитирован в 1985 году, занесён в новгородскую книгу памяти «Жертвы политических репрессий». Мать с детьми (а их было пятеро) вынуждена была скитаться по чужим углам и жить впроголодь.
18 мая 1941 года Галина Ивановна сдала выпускные экзамены за 7 класс и готовилась ехать на фестиваль детской самодеятельности в Ленинград. Но этому уже не суждено было сбыться.
Галине было 14 лет, когданачалась война. Она помнит, как в начале войны через родную деревню ехали грузовики с молодыми необстрелянными бойцами в сторону фронта на запад. Потом дошли сведения, что наша армия отступает, и фашисты уже близко, в Порхове (Псковская область), примерно через 3 дня будут в селе. Мать с детьми схватила небольшие пожитки, и они поехали в сторону Новгорода. В лесу они наткнулись на немцев. Те, заметив русских, подумали, что это партизаны. Позже, разобравшись, отпустили. Дальше двигаться было бессмысленно. Вернулись домой. Перед глазами предстала страшная картина: дома уже нет, все разгромлено, река Шелонь была бурая от крови, пленные красноармейцы под дулами фашистов роют себе могилы.
Семья Галины Ивановны стала жить в одном из уцелевших домов. Мать приказала нам из дома не выходить. Но усидеть взаперти детям было трудно. Один раз выскочили, немец ихпоймал и заставил к вечеру приготовить ему курицу. Другой раз попались – заставил пилить брёвна.
Было страшно, но дети до конца не осознавали той опасности, которая им грозила… Однажды они увидели, как расстреляли учительницу Подольскую Марию Ивановну. Ее муж был на фронте, а сын успел убежать к партизанам. Фашисты не давали ее хоронить. Тогда старшая сестра Галины, Анфиса, вместе со знакомой женщиной ночью завернули труп в одеяло и отнесли на кладбище, похоронили в чужой могиле, тщательно скрывая следы. Муж и сын этой учительницы узнали о месте захоронения случайно только в год 70-летия Победы.
Галина помнит, как в начале войны появлились разные плакаты. Знаете, как «Родина-мать зовет»? Вот, а был еще такой вот рисунок-карикатура: на штыке красноармейца Гитлер, Гебельс и Геринг в образе зверей. Под ним такие строчки:
Хищников шайки злобен оскал.
Рвутся к нам мерзкие звери:
Гитлер-крыса, Гебельс- шакал
И злая гиена-Геринг.
Но нашему воину страх нипочем.
Меток его каждый выстрел.
Бомбой, гранатой, винтовкой, штыком –
Бей людоедов – фашистов!
Этот плакат очень точно передавал настроение русских людей, переживших оккупацию, плен, воевавших на фронте и в тылу. Такая была ненависть к врагу.
Вскоре Галину, ее мать , сестру и брата отправили в Германию на работу. Был февраль 1942 года, мороз – минус 20. Одеты были плохо. Из дома посадили на повозки, запряженные лошадьми, и повезли на железнодорожную станцию в Сольцы. Затем долго везли в дырявых товарных вагонах. Высадили их ночью в чистом поле, вокруг лес, вышки с автоматчиками. Люди думали, что их будут расстреливать, но, оказывается, это был перевалочный пункт. Всех отправили под землю, в бункер, где были построены бараки. Там семья Галины жила до мая в холоде и голоде. Немцы ждали наступления весны, чтобы затем отправить пленников на работу. Это была не жизнь, а выживание. В бараках на каждую семью были сделаны двухъярусные деревянные нары, спали прямо на досках, ничем не укрывались. Кормили баландой из брюквы и воды, да «потчевали» мутным напитком, который называли кофе. Часто туда просто была подмешана грязь. Редко давали маленький кусочек хлеба. Кто умирал, вытаскивали баграми и где хоронили, никто не знает.
В мае 1942 семью Галины повезли в Германию. В щёлочку они вагона видели, что проехали Берлин. Привезли в глубокий тыл Германии, в Тюрингию. В одном городке поставили людей на площади, как рабов, и немецкие фермеры выбирали себе рабочую силу.
Когда к Галине подошла немка-фермерша и спросила, что она умеет делать, та сказала, что хорошо умеет доить коров. Слава Богу, Галина понимала по-немецки. Немка ответила, что Галина ей подходит. Тогда Галина по-немецки сказала: «Рядом стоит моя сестра, а чуть поодаль – мать и брат». Немке нужно было только 2 человека, она и взяла Галину с сестрой, а мать и брата взяла для соседки-фермерши. Так вся семья попала в местечко Таухард.
Галина с сестрой работали в одной семье: хозяин был на фронте, хозяйка Адели жила с детьми, свёкром и свекровью. Мать с братом попала в другую семью: их хозяйка была гораздо злее. Видеться не разрешалось, хоть и жили близко друг от друга. Режим был очень строгий. Жили в бараках.
Галина с сестрой оказались в довольно зажиточной семье, где была ферма на 12 коров, свинарник на 10 голов, крольчатник, курятник, 2 лошади, 2 вола, трактор, а также несколько гектаров земли, где выращивали сахарную свёклу, мак, горох и другие культуры.
Немцы дали девочкам новые имена: Галину назвали Калинией, сестру Таисию – Таей. Им выдали ярлыки с надписью «Ост», чтобы пришить их на грудь и обувь на деревянной подошве, в которой ходили круглый год. Ни о каких носках или тёплой одежде не было и речи. Четыре года ходили во всем своем: «В чем приехали, в том и уехали».
Работа на ферме была тяжелая, по 14 часов в день. В 6 утра Галина шла на ферму: чистила коров, кормила соломой со свеклой, доила, затем несла тяжелые 15-литровые бидоны с молоком и меняла их на обрат, которым поили свиней и телят.
Сестра Тая работала в свинарнике. Свиньи содержались в больших железных клетках. И свиней, и клетки каждый день нужно было мыть, а также кормить свиней.
В 8 часов был завтрак. Потом целый день гнули спины в поле: сахарную свёклу сажали, прореживали, пололи, окучивали, а осенью собирали урожай. Все руки были содраны, уставали до изнеможения, часто плакали и молились, чтобы этот ад поскорее закончился. Вечером опять шли к животным, и так допоздна. Немцы строго следили, чтобы все работы выполнялись качественно. Ругались, обзывали свиньями, держали в страхе. К работникам были приставлены пожилые мужчины с автоматами. В случае неповиновения вызывали жандармов и забивали насмерть.
Ели очень скудно. Хозяйка готовила сама. На завтрак был бутерброд из хлеба, творога с патокой и кофе без сахара. На обед давали кружку бульона, картофельное пюре, ложку тушеной капусты и куриную лапку (косточку). На ужин был суп. Не хватало хлеба. Сахара совсем не видели, так как у немцев он был по карточкам. Все время хотелось есть. Спасибо пленным французам, которые тоже жили там. Им Красный Крест иногда присылал посылки, и они угощали девочек бисквитом, шоколадом. Для них это была непозволительная роскошь.
Кроме русских рабочих на немцев работали пленные французы (из Марокко, Туниса), поляки, украинцы и другие пленные из оккупированных стран. Все жили в разных бараках, у всех были свои нашивки на груди. Но русским было особенно тяжело, так как основные военные действия шли в России. Именно через иностранцев русские узнавали последние новости. Когда газеты запестрили черными крестиками, стало понятно о разгроме фашистов под Сталинградом. В этот момент все поняли: «Гитлер капут!»
Муж хозяйки Адели однажды приезжал в отпуск и, к удивлению русских, хвалил русский стол, самовар, чай, народные песни. К девочкам еще не так жестоко относились, как на соседней ферме, где работала мать и брат. Однажды та хозяйка узнала, что ее муж погиб под Сталинградом. В тот день сильно досталось брату Галины, Виктору. Хозяйка сильно его отругала. Виктор не выдержал, схватил вилы и пошел на немку. Та убежала и вызвала жандармов. Собрали народ на площади, в том числе и семью Галины. И на их глазах жандармы избили Виктора: 40 ударов дубинками. Дети с матерью смотрели на этот ужас и ничего не могли поделать. Жандармы хотели забрать Виктора с собой, но в этот момент мать с рыданиями бросилась к своему ребенку и уцепилась за мотоцикл. Наверное, что-то дрогнуло у немцев, брата заставили извиниться. Вместо слов прощения Виктор сказал по-русски: «Да пошли вы все». Немцы не поняли слов и подумали, что он раскаивается в содеянном и отпустили.
Освободили семью Галины в апреле 1945 года американские войска. На капотах машин запомнились нарисованные красные звезды. Пленные сразу перестали работать на хозяев. Был приказ Сталина отправить всех русских на родину. Но союзники всё же предлагали людям ехать в Норвегию и другие страны Европы. Однако всем хотелось домой. И вот в один прекрасный день каждому дали буханку хлеба, банку тушенки и отправили черз Эльбу в восточную Германию, туда, где размещались советские войска. Там опять пришлось ждать неделю, пока подадут эшелон для отправки в Россию. Было нелегко, так как к бывшим пленным относились с недоверием и проверяли по линии НКВД: не было ли связи с немцами. Но никаких темных пятен за семьей не обнаружили. Мать с братом сразу поехали домой, а Галину и Таисию оставили работать в воинской части (в столовой и библиотеке), которая размещалась в Польше, в местечке Бреслау (по-польски Вроцлав).
В Росиию девушки вернулись только в 1947 году .. Вернувшись, с горечью узнали, что мама уже умерла.
В 1947 годуГалина стала работать в 8-летней школе пионервожатой. В 1952 году, возвращаясь с учебы, в поезде Галина познакомилась с Петром Даниловичем, который стал ее мужем. Рука об руку они прожили 63 года. Вырастили двух дочерей, радовались появлению на свет четырех внуков и шести правнуков. Жизнь продолжается…
За многолетний труд Слободяник Г.И. удостоена многих наград. Из-за лишений сталинского режима она имеет звание «Пострадавший от политических репрессий». За тяготы военного времени получено звание «Бывший несовершеннолетний узник». За многолетний добросовестный труд Г.И. отмечена почетными грамотами и благодарностями Областного комитета культуры, Областного и Районного отделов народного образования. Она имеет звание «Ветеран труда». Ее муж, Слободяник Петр Данилович, также имеет звание «Несовершеннолетний труженик в годы войны», много юбилейных медалей, Почетных грамот, благодарностей областного Управления сельского хозяйства, звание «Ветеран труда»).
Германия выплатила компенсацию за использованный рабский труд пленных. Правда, это было сделано слишком поздно (в 80-е годы 20 века) и не в том объеме, сколькобыло потрачено физических и моральных сил…
Когда я спросил, может ли Галина Ивановна простить немцев после всего пережитого, она ответила: «Немцы – как и люди любой национальности- люди разные. Нельзя всех равнять под одну гребенку. Те немецкие фермеры, к которым попала моя семья, не были слишком жестокими людьми. Человечность в них все-таки присутствовала. Благодаря им мы смогли выжить в эти долгие голодные и тяжелые годы. Однажды я заболела малярией, температура было 40. Хозяйка думала, что я простудилась, повезли меня в лабораторию. Взяли кровь, после чего отпрвили в больницу. Больницу для рабов…Не было простыней даже, одни голые доски. Таблетки я выбрасывала, боялась, что там яд. Еды не было практически никакой. Хозяйке сказали, что я больше не способна работать, но Адели взяла меня обратно, стала кормить получше, давала горох, чтобы набирала силы. И я выжила… Помню, к концу войны, когда немцы стали понимать, что проигрывают, хозяйка наша Адели даже взяла нас к себе в комнат, несмотря на то, что русских она очень боялась».
Память жива, и мы, молодое поколение, к счастью, не видевшее войны, должны знать историю своей страны…
После разговора с Галиной Ивановной я долго не мог уснуть. Я думал о том, что русский человек непобедим, бесстрашен, силен. Хорошо сказал однажды писатель Эдуард Севрус:
Не то, чтоб так, как правило, бывает,
Но все-таки случается порой:
Не тот, кто смело в схватке погибает,
А кто уцелевает в ней – герой.
Выжить в непростое время, пережить нечеловеческие условия, голод, холод – может только сильный духом человек. Я преклоняю колени перед такими людьми. Преклоняю колени и перед Вами, солдатами, охраняюшими мирный наш сон.
В этом году я заканчиваю школу. К сожалению, из-за проблем со здоровьем (у меня нарушение слуха), я не попаду в армию. Но я постраюсь стать настоящим Человеком. Жить так, чтобы ни перед собой, ни перед родными, ни перед своей страной мне не было стыдно. Постараюсь быть достойным примером для младшего братишки!
Очень хочу пожелать Тебе, солдат, крепкого здоровья, терпения, сил, стойкости в любых ситуациях. Прошу Тебя сохранить наше мирное небо, подаренное нам нашими героическими предками.
Я надеюсь, что это письмо приободрит тебя, как когда-то, во времена Великой Отечественной войны, весточки из дома приободряли наших дедов и прадедов.
С уважением, Максим.