Филатов Никита Владимирович, 14 лет, Оренбургская область Красногвардейский район с. Плешаново

By 26.03.2018Письма

73 года назад закончилась война…
Я хочу рассказать о судьбе моего прадеда Никифорова Кузьмы Петровича. В самом начале он был призван в армию 14 сентября 1939 года и служил в 330 стрелковом полку. Когда началась финская война, его часть участвовала в боях. Потом по окончании финской, когда началась война 1941 года, его часть была переброшена под Минск. Воевать ему там долго не пришлось, 5 июля 1941 года под городом Дзержинском, его часть была разбита и многие попали в плен. В числе военнопленных он был отправлен в Германию и попал в лагерь шталаг IV H (304) Цайтхайн недалеко от города Ризы. Что такое Цайтхайн? Он назывался: лагерь для военнопленных – шталаг 304 (IV Н) Цайтхайн. В феврале 1943 года он был переоборудован госпиталь для военнопленных Цайтхайн. Наряду со шталагом (IV В) «Мюльберг», «Цайтхайн» в 1941-42 годах служил центральным приемочным и распределительным лагерем для вновь прибывающих советских военнопленных. В июле 1941г. были доставлены первые советские военнопленные. После регистрации, медицинского обследования и гигиенической обработки они вначале были размещены просто под открытым небом. Территория была лишь окружена забором из двойной колючей проволоки. Не было ни бараков, ни палаток для размещения пленных. Защищаясь от непогоды, военнопленные вначале выкапывали себе землянки. Строительство жилых бараков, кухней и колодцев началось только тогда, когда для этого в распоряжении стало достаточно военнопленных. Нехватка колодцев и вытекающая из этого нехватка воды заставила пленных, получающих и в количественном и в качественном отношении совершенно недостаточно продовольствия, пить из луж. В этих условиях быстро распространялись отеки от голода, у пленных были хронические диареи, что, дополнительно ослабляло обессиленных от тяжелых боев и длительного этапирования пленных. Нехватка туалетов, умывальников, защиты от вшей приводили к ужасным гигиеническим условиям. Это способствовало заражению дизентерии, брюшного и сыпного тифа, жертвами которых в 1941/42гг. стали тысячи пленных и в Цайтхайне. С декабря 1941 по март 1942гг. из-за эпидемии сыпного тифа лагерь находился под карантином. Если до начала карантина в лагере находилось еще 10677 пленных, то после его снятия в апреле 1942г. их осталось лишь 3729. В 1941/42гг. оперкомандой, состоявшей из трех криминалистов Дрезденского гестапо, было «отобрано» всего лишь 1000 пленных и доставлено в концентрационный лагерь Бухенвальд. Сразу по прибытию они были расстреляны в сооруженной специально для уничтожения советских военнопленных камере расстрела в конюшне. Их трупы были сожжены в крематории.
После того, как летом 1942г. в ходе летнего наступления немцев (Операция Синий) еще раз десятки тысяч советских военнопленных прибыли в Цайтхайн, в сентябре 1942г. шталаг 304 вместе с примерно 10000 советских военнопленных и большинством основного немецкого персонала был переведен в Лёвен в Бельгии. Оттуда шталаг 304 – вплоть до освобождения Бельгии объединенными нациями в 1944г. – управлял трудовыми командами советских военнопленных, занятых в угольной промышленности Бельгии и северной Франции.
И вот в этом лагере был мой прадед под лагерным номером 8737. Сколько ему пришлось пережить, знал только он. Домой он вернулся 8 марта 1946 года. О плене он не любил рассказывать. Вспоминал он только иногда, со слезами на глазах. Моей бабуле, Матвеевой Валентине Кузьминичне, запомнился один из его рассказов. Когда он попал в лагерь, их днем отправляли на работу строить дороги. Вручную таскали булыжники, укладывали на дорогу. Было очень трудно. Кормили плохо. Жили они в длинных бараках, спали на деревянных нарах, установленных в два ряда и в два этажа. От холода, голода, болезней погибали наши солдаты. На смену им пригоняли новых пленных.
Однажды утром прадед не смог встать, от истощения и холода сильно заболел. Лежит на нарах и не может поднять голову, так ему плохо. Смотрит на стены барака, по которым проходила проводка. Местами проводка просто была оголена. Протяни руку, коснись провода и тебе конец. И так ему надоела эта невыносимая жизнь, что он решил дотянуться до провода рукой. Собравшись с силами, он потянулся к оголенной проводке. В это время по бараку проходил дежурный врач – немец. Он с силой ударил моего прадеда по рукам. И сказал по – немецки: «Ты сумасшедший!». Так он спас моего прадеда от смерти. И дед всегда говорил, что немцы тоже были разные. Не все издевались над пленными, многие жалели русских солдат. После освобождения из немецкого плена, дед еще работал на шахтах в Ростовской области, пока не проверили, не был ли он предателем. В родной Новоселовке он работал комбайнером, выращивал хлеб. Прожил он 74 года. В 1991 году умер и, похоронен на кладбище в селе Токском. Совсем недавно в 2012 году военкомат установил на его могиле памятник, как участнику Великой Отечественной войны. Хотя если подумать, ведь не так давно это было, и страшно то, что многие уже забывают это. Великая Отечественная Война – это огромная душевная рана в человеческих сердцах, которая началась двадцать второго июня тысяча девятьсот сорок первого года, а закончилась только через четыре года, через четыре тяжелых года – девятого мая тысяча девятьсот сорок пятого года.
И я знаю, как воевали мои прадеды в той страшной Великой Отечественной войне 1941 – 1945 года. Из села Новоселки, где жили мои прадеды, не вернулись с войны 107 человек, каждая третья семья потеряла своих родных (газета «Красногвардеец», от 8.05. 2000г), в том числе погибли пятеро родственников – моих прадедов родных и двоюродных. Мы должны помнить тех, кто совершил этот подвиг во имя нашей Родины!