Ольховников Илья, 15 лет лет, р.п. Тамала Пензенской области

By 25.04.2018Письма

Здравствуй, дорогой мой предок, Яковлев Илья Терентьевич!
Я пишу тебе из далёкого 2018 года. Прошло уже более 70 лет, как закончилась самая страшная война в истории моей страны. Выросло несколько послевоенных поколений, которые знают о ней по фильмам и книжкам, всё меньше остаётся ветеранов, которые могут нам всё рассказать. А следы этой ужасной войны живут в каждой семье.
В прошлом году я поехал в старенький дом прабабушки и прадедушки, в котором до этого не был. При входе сразу же бросилась в глаза большая фотография мужчины в военной форме. Я стал расспрашивать и узнал о тебе…
Бабушка рассказала, что война в дом нашей семьи постучалась задолго до июня 1941 года. Вся семья провожала тебя на Финскую войну, и сколько было радости, когда ты живой и невредимый в звании сержанта вернулся с этой войны к жене и двум детям. И только началась мирная счастливая жизнь, как наступил июнь 1941 года, и пришлось вновь взять оружие и защищать Родину от фашисткой нечести.
Ты был отправлен на фронт 26 июня 1941 года, а в декабре в семью пришло страшное известие – пропал без вести. Ждали и надеялись всю войну, что жив, что вернёшься, ведь пропал без вести, это не погиб, а надежда умирает последней. Продолжали ждать и искать и после войны, мой прадед Яковлев Михаил Терентьевич отправлял запросы в различные военные архивы.
Бабушка вспоминает, что моя прабабка Матрёна каждый вечер зажигала лампаду перед иконой, молилась за свою многочисленную семью, а потом со слезами в голосе вопрошала: «Как поминать тебя, сыночек, за здравие или за упокой?». Долго смотрела на икону, гордо встряхивала головой и говорила: «Помяни, Господи, воина Илью». Она до последнего не верила в то, что сын её погиб. Не верил в это и мой прадед, он так и умер, ничего не узнав о твоей судьбе. Но память о тебе постоянно была жива в семье. Нам очень важно было узнать о твоей судьбе, и я продолжил поиски.
И вот только полгода назад, получив доступ к немецким документам, мы узнали, что 17 августа 1941 года под городом Рогачёвым ты попал в плен, содержался в концлагере Шталаг 311, где и умер в ноябре 41-го года. Сейчас этот нацистский лагерь известен всему миру как Берген-Бельзен. Когда мы читали про этот лагерь, сердце разрывалось от боли и сочувствия к тебе и ко всем, кто прошел через эти мучения и страдания. А бабушка долго и горько плакала…
Сейчас в в Берген-Бельзене сооружен мемориал и есть братская могила. На трех языках: русском, немецком и английском здесь написано: “Здесь погребены 50 000 советских военнопленных, замученных до смерти в немецко-фашистском плену. Покойтесь с миром, память о вас будет жить вечно в сердцах”.
А потом мы с мамой нашли форум, на котором общаются родственники погибших в этом лагере. Оказалось, что три немецкие школы немецкого города Мунстера работает над проектом увековечивания памяти погибших пленных лагеря Берген-Бельзен «Мы пишем ваши имена». Они закладывают таблички с именами наших солдат на братском кладбище Хёрстен. Таких табличек там уже 731. Мы написали в Германию и нам сообщили, что любой родственник может приехать, изготовить табличку с именем погибшего родственника и заложить её на валу братской могилы. Теперь у нас есть мечта: посетить это место, для того, чтобы почтить память всех русских военнопленных, погибших в этом лагере, рассказать тебе как вся семья ждала тебя все эти долгие годы и привести горсть нашей родной Тамалинской земли. А пока мы посадили в память о тебе яблоньку в «Саду Памяти» и записали тебя в Бессмертный полк. А 9 мая я с гордостью несу штендер с именем моего тёзки Яковлева Ильи Терентьевича.
Дорогой Илья Терентьевич, я горжусь тем, что ты мой родственник и обещаю, что память о тебе будет жить в нашей семье. Я расскажу о тебе своим детям и внукам, потому что всё, что сделали вы для нашей счастливой и мирной жизни забывать никак нельзя.
С уважением и благодарность
Ольховников Илья

—-